Как вузовский преподаватель из Ростова стал криминалистом и почему не смотрит сериалы про следователей

Настоящие следователи знают о преступлениях больше, чем любой детектив из фильма. Дмитрий Миронович - старший следователь-криминалист отдела криминалистики СУ СК России по Ростовской области. Сначала - преподавал в вузе, а потом из теории перешел в практику. В органах служит уже 14 лет, семь из них - в СК. Его работа - находить следы, которые не видит обычный глаз.

О том, как выглядит рабочий день, какие инструменты помогают раскрывать преступления и почему сериалы про следователей вызывают улыбку, - ко Дню сотрудника органов следствия он рассказал в беседе с «КП-Ростов-на-Дону».

«ЭТО ЗАВОРАЖИВАЕТ»

В криминалистику Дмитрий Владимирович пришел не сразу. По первому образованию - технарь, преподавал информационные технологии в вузе. Его всегда привлекала аналитика и возможность применять технику, которая дает результат.

- Вызывает глубокий интерес, когда есть что-то непонятное, неизведанное, а в итоге ты приходишь к единственной истине. Это завораживает, - говорит он.

Но есть и то, что поражает даже опытного криминалиста. Жестокость.

- Не забудется дело, когда восьмимесячная малышка была убита, а после части ее тела были найдены в холодильнике в Суворовском микрорайоне. Это за гранью моего понимания. В итоге родители понесли наказание: отца осудили на 15 лет, мать - на 13.

А вот фильмы про следователей, вызывают у специалиста лишь легкую усмешку.

- Недавно смотрел сериал про Чикатило. Понятно, что это художественный вымысел. За основу взяли реальные события, но правды там - процентов десять. А зарубежные боевики и вовсе заставляют улыбаться: один человек и оружием машет, и с пинцетом на месте преступления управляется, он же и дело расследует. Так не бывает.

У него своя философия: криминалист - это проводник, который собирает пазл. Но без оперативников, экспертов, например, баллистов, химиков, генетиков и других, - ничего не выйдет.

- Без помощи специалистов нам не обойтись. Каждый должен заниматься своим делом.

Серьезно добавили работы криминалистам и прилеты БПЛА ракет. Сначала на место заходят саперы, потом - следственно-оперативная группа.

- Бывало, что с одного происшествия ездили на другое. Домой - только умыться и переодеться.

«ГЕНЕТИКА - ЛОКОМОТИВ В РАСКРЫТИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ»

Сейчас у криминалистов масса техники. Например, цианакрилатная камера применяется для выявления самых неуловимых следов пальцев на поверхностях, на которых не представляется возможным использовать дактилоскопические порошки. Металлоискатели, георадары, эндоскопы, беспилотники, детекторы взрывчатки - все это в современном арсенале сотрудников.

- Чаще всего на месте происшествия нами применяются криминалистический свет и экспресс-тесты. Именно с помощью этой техники удается обнаружить биологические следы человека. Дальше на помощь следствию приходит молекулярно-генетическая экспертиза, сегодня она помогает раскрыть большую часть преступлений.

Один из самых ярких примеров - дело Давида Сарабашяна. В 2018 году в Ростове нашли изнасилованной и убитой местную жительницу, и позже следствие приведет к нему. Но на тот момент правоохранительные органы не располагали информацией о лице, совершившем преступление.

- На теле девушки были обнаружены биологические следы человека. Впоследствии был получен генотип предполагаемого преступника, но его личность по-прежнему оставалась неизвестной.

Тогда следователи и криминалисты подняли дела прошлых лет. Оказалось, в 2000 году было совершено похожее преступление. И там тоже был генотип, который совпал с данными предполагаемого преступника по делу 2018 года.

- Мы поняли, что у нас есть серия. Подняли все материалы - не только Следственного комитета, но и полиции. Проверили более ста лиц. Среди них - и Сарабашян. Вызвали, взяли о бразец. И он «выстрелил».

Оказалось, мужчина совершал преступления с 2000 по 2018 год: убийства, изнасилования, покушение на изнасилование, кражу. Итого — семь эпизодов. Суд приговорил его к пожизненному заключению.

— Вот так генетика как локомотив в раскрытии преступлений помогает выявить то, что десятилетиями оставалось тайной.

Как цифровой след помогает 

Дмитрий в первую очередь занимается исследованием цифровых следов. И они все чаще помогают раскрывать преступления, где виновного нет даже в подозреваемых. Так было и с исчезновением 39-летней мамы двоих детей с инвалидностью из Аксая в прошлом году. Женщина отправилась на встречу с бывшим мужем и пропала. Экс-супруг утверждал, что высадил ее в центре Ростова, и следствие могло зайти тупик. Но криминалисты взялись за цифру.

- Техника позволяет найти ниточку, даже если кажется, что ничего нет. В этом деле ключом стали камеры и сотовая связь. Мы восстановили маршрут, а потом уже было делом техники найти тело и улики. И, конечно, опровергнуть показания человека, который пытался увести следствие в сторону.

В итоге бывший муж сознался в убийстве и подробно показал, что сделал. Дело направлено в суд. Обвиняемому грозит до семи лет лишения свободы.

Также цифровой след помогает распутать дела о мошенничестве. И о развратных действиях, когда детей шантажируют в сети, заставляют присылать фотографии и вымогают деньги.

— Все чаще жертвами обмана становятся дети 10–12 лет. А преступники могут находиться в других регионах — и даже странах. Чтобы не попасть в беду, с одной стороны, нужно, чтобы дети доверяли родителям и рассказывали о таких ситуациях. С другой — и взрослые должны их контролировать. Но без доверия — ничего не выйдет.

Дмитрий сам отец: пока дети были маленькие, устанавливал на смартфоны родительский контроль. Теперь старается решать все вопросы в разговоре.

— Детям важно объяснять, а не запрещать. Если взять и отобрать телефон — ребенок затаит обиду и перестанет делиться тем, что на душе.

Сам Дмитрий Миронович в свободное время старается проводить с семьей: выезжают на природу, гуляют в парках. Это позволяет переключиться и не тянуть мысли о работе домой.

— Но все же совсем не думать над очередной задачей не всегда получается. Следователь — это не профессия, а образ жизни. И когда рядом есть те, кто это понимает, работать гораздо проще.